Кантовская недопустимость лжиСтрашные рассказы, мистические истории, страшилки

Великий немецкий философ Кант занимал очень жесткую позицию в вопросе лжи, утверждая, что именно она является главным примером безнравственного поведения. Обсуждая эту проблему в разных произведениях, он рассматривал три различные ситуации…В «Основоположениях метафизики нравов» Кант представляет пример заведомо ложного обещания неплатежеспособного должника: человек, находящийся в безысходном финансовом положении, обращается к кредитору, обещая вернуть деньги в положенный срок, зная наверняка, что вернуть не сможет. Такого рода обещания недопустимы с правовой и этической точки зрения, поскольку подрывают основы общества, являются преступлением против справедливости и человечности. Они нарушают обязанности человека как перед другими, так и перед самим собой. Там же Кант приводит пример лжи по чужому распоряжению: по приказу хозяина слуга на вопрос пришедших, дома ли хозяин, ложно заявляет что того нет дома, благодаря чему у хозяина появляется возможность убежать из дома. Однако убежав, он совершает преступление, чего могло бы не быть, скажи слуга правду. Здесь на слугу ложится двойная вина: за сказанную неправду и за невольное соучастие в преступлении. В эссе «О мнимом праве лгать из человеколюбия» Кант разбирает пример с человеком, предоставившем убежище другу, которого преследует злодей — наверняка убийца. Вскоре тот стучит в дверь и в категоричной форме спрашивает, не в доме ли скрывается беглец. По Канту, нравственный долг повелевает сказать убийце, как есть. Это настояние философа принципиально. Бенжамен Констан, французский мыслитель и современник Канта, ставил эту бескомпромиссную позицию под сомнение. Обязанность говорить правду, утверждал Констан, применима только к тем, кто имеет право на правду, а убийца явно правды не заслуживает. Тогда Кант ответил ему, что ложь убийце неправильна не потому, что вредит ему, а потому, что нарушает принцип права: «Правдивость в показаниях, которых никак нельзя избежать, есть формальный долг человека по отношению ко всякому, как бы ни был велик вред, который произойдет отсюда для него или для кого другого». Правда не имеет отношения к последствиям, она — вопрос принципа. Любая ложь разрушает источник права, таким образом, правдивость есть «священная, безусловно повелевающая и никакими внешними требованиями не ограничиваемая заповедь разума: во всех показаниях быть правдивым».